1723 год Зачем Пётр I трудоустроил фальшивомонетчиков и почему на новых рублях залип год 1722?
ИМПЕРСКИЙ КРУГОВОРОТ: Зачем Пётр I трудоустроил фальшивомонетчиков и почему на новых рублях застряло прошлое?
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ / МОСКВА, 1723 год.
Имперские реформы продолжают нестись на полной скорости, периодически сбивая с ног консервативных обывателей. Пока государь-император занят Каспийским походом и строительством новой столицы, на монетных дворах разыгрывается драма, достойная детективного романа.
Редакция нашего вестника выяснила, какие инновации в сфере кадров и дизайна потрясли финансовую систему страны в этом году.
Кадровый дефицит, или «Ты хорошо подделываешь? Добро пожаловать в команду!»
Главный хит года — это новая кадровая политика Петра Алексеевича в отношении… фальшивомонетчиков. Раньше на Руси за «воровскую чеканку» традиционно заливали расплавленный металл в горло. Метод действенный, но, согласитесь, экономически неэффективный.
Пётр I, как истинный прагматик, посмотрел на это с точки зрения менеджмента: «Люди умеют делать идеальные штемпели, виртуозно катают серебро, обладают колоссальной усидчивостью. И мы такой ценный человеческий ресурс — в сырую землю?»
В итоге правила игры кардинально изменились:
Как ловили умельцев: Официальные монетные дворы в те времена выдавали монеты с кучей мелких погрешностей. И если сыщики Тайной канцелярии находили у человека «до одного рубля денег идеальной, одинаковой чеканки», его тут же брали под белы рученьки. Парадокс: тебя ловили не за то, что твои деньги плохие, а за то, что они слишком идеальные!
Наказание госслужбой: Вместо плахи или виселицы горе-гениев теперь… отправляют по этапу прямо на Кадашевский или Красный монетный двор в Москве. Преступников заковывают в кандалы и сажают за печатные прессы. Они куют точно такие же рубли, но теперь легально, бесплатно и на благо Империи. Монетные дворы завалены резчиками штемпелей с криминальным прошлым, а гвардейцы на обысках шутят: «Раньше ты работал на себя, теперь — на Отца Отечества!»
По слухам, был секретный указ, особое внимание уделять поиску подпольных мастеров которые могли безупречно воспроизводить надпись РОСIСКОI РУБЛЬ МОСКОВСКОГО ДВАРА выполненную на гурте, эту технику было безумно сложно подделать и считалось, что невозможно!
Внедрение гуртовой надписи при Петре I было важной инновацией для защиты государственных денег от фальшивомонетчиков
В те времена подделать такой гурт кустарно было технически крайне сложно, а тот кто смог, был ценнейшим персонажем.
Почему наносить надпись на гурт, кустарным способом, было практически нереально?
Секретный гуртильный станок - главная проблема фальшивомонетчиков. Монета не просто чеканилась прессом «сверху-вниз». До того как попасть под чеканку портрета, гладкая серебряная заготовка (кружок) с усилием прокатывалась между двумя стальными зубчатыми полосами, на которых зеркально были вырезаны буквы. Называлось это гуртильным веретеном. Конструкцию станков держали в строжайшем секрете, а само производство было государственной монополией.
Защита от «обрезания» монет. До появления гуртовой надписи мошенники тонко срезали серебро с краев монет ножницами и пускали опилки на переплавку, а затертый огрызок монеты возвращали в оборот. Наличие букв на самом ребре сразу показывало: если край обрезан — буквы исчезли, монета фальшивая.
Фокус с датой: Почему на дворе 1723-й, а на монете — 1722-й?
Тем временем в лавках и кабаках внимательные купцы начали замечать странное. Привозят свежую, пахнущую смазкой партию новеньких серебряных «крестовок». На дворе уже вовсю шумит 1723 год, а на реверсе монеты красуется старая дата — «1722».
В народе сразу поползли слухи: подделка! Опять воровские люди балуют! Но наши источники в Сенате успокаивают — всё легально, это просто имперский «авось» и экономия:
Штемпельный кризис: Как мы писали в прошлом выпуске, мощные винтовые прессы нещадно ломают стальные формы (штемпели). Резчики штемпелей (включая тех самых присланных фальшивомонетчиков) работают на износ.
Зачем менять то, что работает? К концу 1722 года мастера успели нарезать отличные, крепкие формы с надписью «1722». А когда бахнули новогодние куранты, Пётр I резонно рассудил: «Если мы сейчас заставим резчиков перебивать последнюю цифру на “3” на сотнях штемпелей, производство встанет. Клепайте старыми, пока не износятся!»
Так что весь январь, февраль и март монетные дворы выдавали «назад в будущее», чеканя прошлогоднюю дату. Для петровской эпохи это нормальная практика: бумага дорогая, сталь крепкая, а шведам контрибуцию отдавать надо прямо сейчас, не дожидаясь смены календаря.
Игры с портретами: Из «Матроса» в «Мантию»
Впрочем, к весне 1723 года старые штемпели всё-таки приказали долго жить, и царь утвердил масштабный апгрейд. За работу взялся выдающийся мастер Осип Калашников (на монетах он скромно оставляет инициалы «ОК»).
Если на монетах 1722 года Пётр был изображен в довольно скромных античных латах (за что острые на язык москвичи прозвали этот портрет «Матросом»), то на полноценных рублях 1723 года государь предстал во всем великолепии: на плечи накинута роскошная горностаевая мантия, а на груди красуется цепь с орденом Андрея Первозванного. Сразу видно — Император, а не какой-нибудь плотник из Саардама!
А вот оборотную сторону с четырьмя буквами «П» трогать не стали — уж больно крестовая монограмма пришлась государю по душе.
В следующем выпуске мы расскажем, зачем Пётр I решил выпустить гигантские медные пятикопеечные «крестовики», почему от них ломались карманы у крестьян и как эти монеты едва не довели страну до очередного бунта. Оставайтесь с нами, господа!
На дворе 1723 год
Из рукописей и фантазий одного писаря...
Хотите узнать больше о времени, заходите, изучите
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ / МОСКВА, 1723 год.
Имперские реформы продолжают нестись на полной скорости, периодически сбивая с ног консервативных обывателей. Пока государь-император занят Каспийским походом и строительством новой столицы, на монетных дворах разыгрывается драма, достойная детективного романа.
Редакция нашего вестника выяснила, какие инновации в сфере кадров и дизайна потрясли финансовую систему страны в этом году.
Кадровый дефицит, или «Ты хорошо подделываешь? Добро пожаловать в команду!»
Главный хит года — это новая кадровая политика Петра Алексеевича в отношении… фальшивомонетчиков. Раньше на Руси за «воровскую чеканку» традиционно заливали расплавленный металл в горло. Метод действенный, но, согласитесь, экономически неэффективный.
Пётр I, как истинный прагматик, посмотрел на это с точки зрения менеджмента: «Люди умеют делать идеальные штемпели, виртуозно катают серебро, обладают колоссальной усидчивостью. И мы такой ценный человеческий ресурс — в сырую землю?»
В итоге правила игры кардинально изменились:
Как ловили умельцев: Официальные монетные дворы в те времена выдавали монеты с кучей мелких погрешностей. И если сыщики Тайной канцелярии находили у человека «до одного рубля денег идеальной, одинаковой чеканки», его тут же брали под белы рученьки. Парадокс: тебя ловили не за то, что твои деньги плохие, а за то, что они слишком идеальные!
Наказание госслужбой: Вместо плахи или виселицы горе-гениев теперь… отправляют по этапу прямо на Кадашевский или Красный монетный двор в Москве. Преступников заковывают в кандалы и сажают за печатные прессы. Они куют точно такие же рубли, но теперь легально, бесплатно и на благо Империи. Монетные дворы завалены резчиками штемпелей с криминальным прошлым, а гвардейцы на обысках шутят: «Раньше ты работал на себя, теперь — на Отца Отечества!»
По слухам, был секретный указ, особое внимание уделять поиску подпольных мастеров которые могли безупречно воспроизводить надпись РОСIСКОI РУБЛЬ МОСКОВСКОГО ДВАРА выполненную на гурте, эту технику было безумно сложно подделать и считалось, что невозможно!
Внедрение гуртовой надписи при Петре I было важной инновацией для защиты государственных денег от фальшивомонетчиков
В те времена подделать такой гурт кустарно было технически крайне сложно, а тот кто смог, был ценнейшим персонажем.
Почему наносить надпись на гурт, кустарным способом, было практически нереально?
Секретный гуртильный станок - главная проблема фальшивомонетчиков. Монета не просто чеканилась прессом «сверху-вниз». До того как попасть под чеканку портрета, гладкая серебряная заготовка (кружок) с усилием прокатывалась между двумя стальными зубчатыми полосами, на которых зеркально были вырезаны буквы. Называлось это гуртильным веретеном. Конструкцию станков держали в строжайшем секрете, а само производство было государственной монополией.
Защита от «обрезания» монет. До появления гуртовой надписи мошенники тонко срезали серебро с краев монет ножницами и пускали опилки на переплавку, а затертый огрызок монеты возвращали в оборот. Наличие букв на самом ребре сразу показывало: если край обрезан — буквы исчезли, монета фальшивая.
Фокус с датой: Почему на дворе 1723-й, а на монете — 1722-й?
Тем временем в лавках и кабаках внимательные купцы начали замечать странное. Привозят свежую, пахнущую смазкой партию новеньких серебряных «крестовок». На дворе уже вовсю шумит 1723 год, а на реверсе монеты красуется старая дата — «1722».
В народе сразу поползли слухи: подделка! Опять воровские люди балуют! Но наши источники в Сенате успокаивают — всё легально, это просто имперский «авось» и экономия:
Штемпельный кризис: Как мы писали в прошлом выпуске, мощные винтовые прессы нещадно ломают стальные формы (штемпели). Резчики штемпелей (включая тех самых присланных фальшивомонетчиков) работают на износ.
Зачем менять то, что работает? К концу 1722 года мастера успели нарезать отличные, крепкие формы с надписью «1722». А когда бахнули новогодние куранты, Пётр I резонно рассудил: «Если мы сейчас заставим резчиков перебивать последнюю цифру на “3” на сотнях штемпелей, производство встанет. Клепайте старыми, пока не износятся!»
Так что весь январь, февраль и март монетные дворы выдавали «назад в будущее», чеканя прошлогоднюю дату. Для петровской эпохи это нормальная практика: бумага дорогая, сталь крепкая, а шведам контрибуцию отдавать надо прямо сейчас, не дожидаясь смены календаря.
Игры с портретами: Из «Матроса» в «Мантию»
Впрочем, к весне 1723 года старые штемпели всё-таки приказали долго жить, и царь утвердил масштабный апгрейд. За работу взялся выдающийся мастер Осип Калашников (на монетах он скромно оставляет инициалы «ОК»).
Если на монетах 1722 года Пётр был изображен в довольно скромных античных латах (за что острые на язык москвичи прозвали этот портрет «Матросом»), то на полноценных рублях 1723 года государь предстал во всем великолепии: на плечи накинута роскошная горностаевая мантия, а на груди красуется цепь с орденом Андрея Первозванного. Сразу видно — Император, а не какой-нибудь плотник из Саардама!
А вот оборотную сторону с четырьмя буквами «П» трогать не стали — уж больно крестовая монограмма пришлась государю по душе.
В следующем выпуске мы расскажем, зачем Пётр I решил выпустить гигантские медные пятикопеечные «крестовики», почему от них ломались карманы у крестьян и как эти монеты едва не довели страну до очередного бунта. Оставайтесь с нами, господа!
На дворе 1723 год
Из рукописей и фантазий одного писаря...
Хотите узнать больше о времени, заходите, изучите